📖

Производственный секрет

Леонов Николай, Макеев Алексей

Серия: Гуров — продолжения других авторов

Жанр: Политический детектив

Роман в жанре «политический детектив»: тон жёсткий / суровый, серьёзный; темп динамичный; атмосфера: опасная / высокие ставки, нуарная. В центре истории сыщик; ключевые темы: преступление, обман, расследование. Место действия: город, криминальная среда, время: современность. По вкусу ближе всего: Марш Турецкого. Просроченная виза, Черная вдова, Законник.

2020 Читает: Святой

Где послушать или купить

Читай-город аудио и бумага Литрес аудио и текст

Озвучки

Святой

Теги книги

Описание

В старинном поместье рыщут привидения, беспокоят нынешнего владельца усадьбы известного певца Левитина. Но полковнику Льву Гурову ясно, что привидения – вполне земные злоумышленники, которые что-то ищут в доме. Ведь не пришельцы же с того света ударили стилетом гостя певца. И самого Гурова вырубили, когда он попытался их задержать. Теперь у полковников Гурова и Крячко к этим типам свои счеты. И вроде зацепка появилась – из больницы, расположенной неподалеку от усадьбы, похитили пациента. И некто в больничной пижаме «засветился» на месте преступления… «Дождь был совсем теплый, зато разошелся не на шутку. Это стало ясно уже на выходе со станции. Сверху на эскалаторе спускались люди, с головы до ног забрызганные водой, с промокшими зонтами в руках, примолкшие и озабоченные, как это всегда бывает с людьми во время стихийных бедствий. Нет, конечно, до стихийного бедствия было далеко — это сравнение пришло в голову Бекасу лишь потому, что муторно было у него на душе, — но лило изрядно. Бекас порадовался про себя, что все-таки решил захватить зонт. Первым-то желанием было выйти налегке — на улице едва моросило, а Бекасу совсем не хотелось обременять себя. И без того он постоянно ощущал на плечах почти неподъемную тяжесть. Виртуальный груз, ноша, которую он добровольно взвалил на себя. Пожалуй, даже не только добровольно, а с неким энтузиазмом, с азартом и восторгом. Но все это было сначала, а сейчас Бекасу становилось все тяжелее и тяжелее. Для рискованного отчаянного дела, что он затеял, Бекас оказался слабоват в коленках. Самому себе он мог в этом признаться. Да что толку в этих признаниях? Ничего изменить он уже не мог — ни обстоятельств, ни себя.»