📖

Из времён семилетней войны

Крашевский Юзеф Игнацы

Серия: Саксонская трилогия

Жанр: Роман, проза, История

Роман в жанре «роман, проза». В центре истории антигерой; ключевые темы: власть. По тегам: тон ироничный; темп умеренный. Место действия: европа, высший свет / двор, время: новое время. Из особенностей: религия. По вкусу ближе всего: Жизнь Чезаре Борджа, герцога Романьи и Валентино, князя Андрии и Венафри, графа Дуа, повелителя Пьомбино, Урбино и Камерино, военачальника и знаменосца церкви, Райские псы, Жизнь Бенвенуто, сына Джованни Челлини, флорентийца, написанные им самим во Флоренции.

13 ч 21 мин ★ 5.0 Читает: Герасимов Вячеслав

Где послушать или купить

Читай-город аудио и бумага Литрес аудио и текст

Теги книги

Описание

В центре последнего произведения — судьба канцлера де Симониса, охотника за счастьем при королевских дворах Германской империи. Написанные живо, увлекательно, в лучших традициях жанра, романы передают быт, нравы и колорит «галантной Саксонии» XVIII века. Половину восемнадцатого века Германия была предметом мечтаний итальянцев и швейцарцев; им дома не сиделось: прельщенные примерами своих соотечественников, они покидали родину и ехали в Германию, где при княжеских и королевских дворах искали себе счастия и карьеры; много было и таких карьеристов, которые, уходя из дома только с каким-нибудь мешочком, наполненным лишь смелыми надеждами, продав на чужбине свою душу и совесть, только бы достигнуть желанной цели, возвращались домой уже титулованными, а то и совсем не возвращались на родину, а выписывали туда своих бедных родственников и вели их по той же дороге к чужому пирогу. Особенно было много таких иностранцев при берлинском и саксонском дворах… Владетели того времени, в интересах внутренней политики, предпочитали окружать себя такими людьми, которые были способны на все, — чем своими соотечественниками, то есть доморощенной знатью, державшейся несравненно высокомернее, которая принимала участие в интригах и вообще была менее послушна. Желая уменьшить власть последних, Август Сильный окружал себя итальянцами и пришельцами из разных государств, имея в них покорных исполнителей его воли. Эта политика была в ходу и при берлинском дворе. С иностранцами не стеснялись; находясь вдали от родины, они были беззащитны; определяясь на службу, они должны были повиноваться начальству, почему и оказывались хорошими слугами. В противном случае, если они не слушались, их высылали без всяких разговоров в Кенигштейн или Шпандау, и никто не смел за них заступиться. Впрочем, такое наказание реже выпадало на долю иностранцев, чем соотечественников. Готовый броситься в огонь и в воду, лишь бы выдвинуться вперед, какой-нибудь пришелец быстро возвышался, и целые колонии таких выскочек напо