📖

Анекдоты. Случаи. Рассказы. Стихи

Даниил Хармс

Жанр: Абсурдный/черный юмор

Аудиоспектакль в жанре «абсурдный/черный юмор»: тон чёрно-юмористический, гротескный; темп эпизодичный; атмосфера: абсурдная, чудаковатая. Место действия: город, быт / повседневность, время: xx век. В центре истории чудак; ключевые темы: абсурд, искусство, повседневность. По вкусу ближе всего: Как красный муравей стал черным, Коробочка, Павлик Лемтыбож #1.

2004 Читает: Стрельников Кирилл

Где послушать или купить

Читай-город аудио и бумага Литрес аудио и текст

Озвучки

Стрельников КириллЧтец не указан

Теги книги

Описание

"Меня интересует только "чушь", только то, что не имеет никакого практического смысла. Меня интересует только жизнь в своем нелепом проявлении. Геройство, пафос, удаль, мораль, гигиеничность, нравственность, умиление и азарт - ненавистные для меня слова. Но я вполне понимаю и уважаю: восторг и восхищение, вдохновение и отчаяние, страсть и сдержанность, распутство и целомудрие, печаль и горе, радость и смех". "Такой странный коктейль эстетических ценностей при незаурядном поэтичес ком даровании должен был дать весьма интересные результаты - и дал их". (Е.Евтушенко) В сочинениях для "взрослых" детская игра в чепуху превращается в бытовойабсурд. Литература абсурда оказалась идеальным выражением всех тех ужасов, всех тех нелепостей, которые происходили вокруг, которые и породили этот самый абсурд, его мышление. Хармса занимала абсурдность существования, действий, поступков отдель ного человека или группы людей, помноженная на абсурд самой жизни, бытия. Он не так уж много придумывал, сочинял эту "чушь", замешивая ее на чудном, странном, - он лишь фиксировал на ней свое внимание. Ему было совсем просто извлекать смешное, веселое из нелепой "чуши", которая составляла суть его мыслимых и немыс лимых историй, и когда ни о каком абсурде как литературном направлении никто не помышлял, - он вместе со своим другом Александром Введенским, каждый по-своему, прокладывал это направление. Хармс ощущал себя новатором в литературе и поэтому чувствовал себя одиноким. ("Нет уважения ко мне писателей. Нет между ними подлин ных искателей",- записал он в 1933 году.) Рассказы и сценки из цикла "Случаи", посвященного жене Марине Малич, несмотря на весь их лаконизм (некоторые вещи - в треть страницы) и фантасмагорич ность, удивительным образом передают и атмосферу, и быт 30-х годов. Их юмор - это юмор абсурда. Хармс прекрасно сознавал, что такой юмор может быть не всякому понятен, и все же не отказывался от него. В заметках "О смехе" он говорил: "Есть несколько сортов смеха. Есть средний сорт