📖

Мудрец

Верещагин Пётр

Серия: Книга Зеркал · книга 8

Роман в жанре «боевая фантастика»: тон драматический, меланхоличный; темп размеренный; атмосфера: легендарная, созерцательная / медитативная. Место действия: внутренний мир, остров, время: мифическое прошлое. В центре истории верующий; ключевые темы: вера, судьба, вина. Из особенностей: магия. По вкусу ближе всего: Терновая ведьма. Изольда, Время и боги, Туманы Авалона. Владычица Магии.

2018 29 мин Читает: Думанский Андрей

Боевая фантастика

Показать похожие книги

Где послушать или купить

Читай-город аудио и бумага Литрес аудио и текст Яндекс Книги по подписке

Реклама. Мы не продаем и не храним аудио: ссылки ведут на поиск этой книги у партнеров. Часть ссылок партнерские.

Теги книги

Описание

Не считай человека мертвым, пока не увидишь его труп. И даже тогда ты можешь ошибаться. (из пословиц Бене Гессерит) Я был беспечен и глуп. После того, как погиб мой ученик, бывший почти что моим сыном – тот, кого история знала под именем Артура Пендрагона, – я презрел древние законы и открыто занялся колдовством. Люди верят, что когда-нибудь Артур вернется с волшебного острова Авалон, где спит беспробудным сном и медленно излечивается от смертельных ран. Они верят, что в тот час, когда Логрии (или всему миру) понадобится спаситель, Артур придет и все уладит. Они жестоко обманываются. Артур не вернется. Нет возврата с Серых Равнин. Для таких, как он – нет. Ведь Артур, прежде всего, дитя Закона. Он принес закон жестокому миру, он укреплял этот закон всю свою жизнь – и ради окончательного торжества Закона он пожертвовал самой жизнью. Жертва была принята благосклонно, Закон торжествовал – а Артура больше не было среди живых. И никогда не будет, даже если миру будет угрожать гибель. ТАКИЕ жертвы – окончательны. Его не возродит живая вода или кровь Распятого, которого называют также Спасителем; для кого-то Он, быть может, и Спаситель – но не для меня. И не для Артура. Это известно немногим. От Нимье и Морганы, будь прокляты их черные сердца, я сумел-таки скрыть эту тайну. Вивиана… очаровательная моя искусительница, ты также не смогла узнать правды. Не хватило опыта. Правду знали Ланселот и Гвиневер. Они винили в происшедшем лишь себя, свою преступную любовь, которая, по их мнению,